Основополагающие жизненные ценности не могут являться предметом торга
Богословы разных конфессий и веков сходились во мнении, что любой торг с дьяволом недопустим. Не только потому, что для верующего во Христа как абсолютное Добро невозможно соглашение с олицетворением абсолютного Зла. Дьявол заведомо выигрывает в любом торге, никогда не выполняет обещанного, и начать торговаться с ним — значит уже проиграть, причем проиграть все. Дьявол не удовлетворяется мелкими приобретениями, ему нужна только душа, что сразу отдает человека в полную власть князя Тьмы. Единственный способ выиграть у дьявола — это не играть с ним, надежды обмануть повелителя ада всегда тщетны.
Теологическая истина имеет и вполне практическое применение, что многократно доказывалось историей. Возможна договоренность политических деятелей разных взглядов, даже диаметрально противоположных, государств с различным общественным устройством, но при этом у них должна быть единая базовая основа ценностей. Пусть взаимопонимания между партнерами достичь непросто, но оно эффективно и действует во благо обеих сторон. Наиболее яркий пример подобного союза — антигитлеровская коалиция.
СССР и капиталистические государства (при всех противоречиях и враждебности, иногда доходившей до открытых столкновений) имели единую цивилизационную основу. Глубинно их идеология базировалась на ценностях эпохи Просвещения, теоретическим признанием человека и его свободы высшей ценностью. Представители социалистического и капиталистического лагерей вынужденно объединились перед лицом общего врага, готовившего тотальное уничтожение гуманистической цивилизации. Для этого не надо было отходить от принципов: Черчилль прямо сказал, что не отказывается ни от одного своего слова, сказанного о коммунизме, но и Сталин не стал сторонником парламентарной демократии.
Во внутриполитическом аспекте показательно явление европейского движения Сопротивления. Во всех странах оккупированной Европы, отложив на время старые разногласия, а иногда и застарелую ненависть, политические силы самого широкого спектра — от монархистов и клерикалов до коммунистов и анархистов — совместно противостояли оккупантам.
Но если одна сторона стоит на фундаменте полного отрицания гуманизма, его подмены псевдоценностями расового превосходства, то любые договоренности изначально обречены. Так, попытки долговременных соглашений между государствами с глубинной гуманистической основой и государствами «Коричневого интернационала» заканчивались плачевно. Западные страны с начала прихода Гитлера к власти, проводя политику «умиротворения», закономерно пришли ко Второй мировой войне, поражению 40-го, оккупации Франции и малых европейских государств. Советский Союз заплатил катастрофой лета 41-го и миллионными жертвами за иллюзии Договора о ненападении.
Алгоритм был один — нацисты использовали соглашения для выигрыша времени и увеличения военного потенциала, после чего договоренности растаптывались.
Аналогично складывалась и внутриполитическая ситуация в Веймарской республике. Из попытки консервативного «Стального шлема» и правых партий использовать НСДАП для противодействия «красной опасности» гитлеровцы взяли все, получили в итоге полноту власти, но после 1933 г. большая часть изощренных веймарских политиков, опиравшихся на принцип «меньшего зла», оказалась в концлагерях.
Главной ошибкой надеявшихся на пользу соглашений с нацистами было то, что ментально их считали партнером, с которым можно договариваться. Нацистами изначально брезговали, но представлялось, что коричневые разделяют хотя бы самые основные ценности европейской цивилизации и будут соблюдать договоренности. Даже столь циничный политик, как Невилл Чемберлен, характеризовал Гитлера как «человека, слову которого можно верить».
Только очень немногочисленные государственные деятели помнили старое правило про «игру с дьяволом». Безрезультатно Уинстон Черчилль доказывал и убеждал, что нацисты неминуемо обратят соглашения в свою пользу, что подписавший договор с ними подписывает приговор себе, своей стране, своей партии. Будущего спасителя Англии снисходительно называли человеком прошлого, не понимающего реалий ХХ века.
Идентичная ситуация складывается с отечественными «оранжевыми». К ним относятся примерно так, как в довоенной Европе к национал-социалистам. Может, противно общаться, но почему бы не попытаться использовать и договориться — к взаимной выгоде! Бизнес есть бизнес.
Даже реально противостоящие оранжизму политики воспринимают происходящее в рамках традиционной политической борьбы. Оппозиционеры зачастую играют в тори и виги, не жалеющих друг для друга во время парламентских прений самых резких выражений, но одинаково болеющих за государственные интересы и ведущих себя как подлинные джентльмены.
На самом деле майданная идеология исходит из националистического тоталитаризма, корни которого, как и других видов национализма — Павелича, Тиссо, Салаши, Квислинга, Дегреля, берут свое начало в гитлеровской теории «крови и почвы». Ее характеризуют презрение к праву и воле народа как таковым, культ вождей и насилия, пропаганда национальной исключительности и межнациональной ненависти, желание «унифицировать» страну, сделать ее идеологически, лингвистически и религиозно однородной, разрушить Церковь как независимый институт, а также тяга к язычеству, априори несоблюдение любых договоренностей. Гитлер кратко выразил это в формуле «один рейх, один фюрер, один народ», и все, что в нее не входило, подлежало «перевоспитанию» в гестапо или уничтожению.
Отход от директивно навязываемой серо-коричневой одноцветности и тогда, в 30-е, и сегодня, в постмайданной Украине, воспринимается как проявление «антинационального поведения». Поправка на изменившиеся мировые реалии внесла лишь незначительные коррективы в оранжевую разновидность национал-тоталитаризма.
Нельзя говорить о борьбе партий в Украине в классическом виде. Противостояние националистическому оранжизму должно исходить не из влечения к власти и ресурсам, а из системного и последовательного недопущения становящейся все более явной фашизации государства. Проводящееся режимом планомерное разрушение исторической памяти и выдвижение в качестве национальных героев гитлеровских пособников, палачей УПА, «Нахтигаля», СС «Галичина» — обязательный фундамент для проведения дальнейшего пересмотра итогов Второй мировой войны и окончательного превращения Украины в сателлитное образование заокеанского геополитического преемника рейха.
Противостояние наследникам «Нахтигаля» — не политика, это защита нашей Великой Победы. Защита страны от сползания в националистическую трясину, обязательно заканчивающуюся концлагерями, этническими чистками и воцарением атмосферы тотального страха.
Только совместные усилия всех антифашистских сил могут остановить наступление националистических реваншистов. Вопрос создания аналога объединенного движения Сопротивления, способного противостоять наступлению национал-тоталитаризма и превращению Украины в антироссийский плацдарм НАТО, должен в кратчайшее время перейти в практическую плоскость.
Относиться к «оранжевым» как к обычному, готовому к сотрудничеству политическому партнеру недопустимо не только с моральной точки зрения. Это деморализует миллионы наших соотечественников, надеющихся, что оппозиционные силы защитят их основополагающие жизненные ценности, прекратят вакханалию кощунств и целенаправленных издевательств марионеточного проамериканского режима.
Невозможно вести переговоры о соглашении с людьми, нескрываемо желающими публично растоптать наши святыни, заставив нас же этому аплодировать.
«Оранжевых» следует только предупредить, что в случае дальнейших антиконституционных действий и провоцирования путчей им придется ответить в соответствии с нормами Уголовного кодекса.
Пусть это произойдет не сегодня и, возможно, не завтра. Божьи мельницы мелют медленно, но верно. За подобные преступления отвечают не только через годы, но и через десятилетия. Кстати — при полном равнодушии бывших хозяев, которых не интересует отработанный человеческий материал. Так, равнодушно, был сдан генерал Аугусто Пиночет, когда-то столь необходимый Вашингтону для свержения левого правительства Сальвадора Альенде, не говоря уж об исполнителях указаний диктатора.
Нынешнему главе СБУ и его «орлам», выводящим историческую преемственность Службы из СБ ОУН-УПА, уверен, следовало бы задуматься о судьбе бывшего руководителя чилийской спецслужбы ДИНА Мануэля Контрераса, в ходе операции «Коломбо» арестованного вместе с десятками подчиненных за репрессии против оппозиции.
Обладавший огромным литературным дарованием Редьярд Киплинг был и прозорливым политиком, одним из апологетов величия Британской империи, он неоднократно выполнял секретные задания «Интеллидженс сервис».
Стихотворение Киплинга «Мировая с медведем» полезно прочитать сторонникам «компромиссов», какими бы красивыми словами они ни обосновывались. Какой бы тщательно выписанной ни была аналитика. А момент максимального ослабления «оранжевых», «с поникшей головой» ищущих временных союзников, следует использовать для возвращения власти.
