На-гора из небытия

За последние 10 лет цена угля, по данным Лондонской товарной биржи, выросла с 38 до 149 долл. США за тонну. Крупнейшие угледобывающие концерны Австралии, США, Китая многомиллиардными инвестиционными программами обеспечивают свое финансовое процветание и значительный прирост добычи высоколиквидного топлива. При этом государства, владеющие значительными запасами угля, заботятся об инвестиционном климате угольщиков, понимая, что льготы, беспроцентные кредиты и другие протекционистские меры уже завтра превратятся в миллиардные отчисления в бюджет.

Правительство Англии утвердило программу по расконсервации ранее закрытых шахт, а те запасы, которые не так давно считались бесперспективными и нерентабельными для отработки, сегодня рассматриваются как участки для скорейшего освоения и строительства современных угольных предприятий.

Ситуация очевидна для всего мирового сообщества, только не для Украины. За период становления независимости нашей молодой державы мы превратились в самое зависимое государство, и это, заметим, в самом центре Европы. Странно, не правда ли? Если газовая — то проблема. И если рассматривается собственная энергетическая безопасность, то обсуждение путей ее решения идет в России или Туркменистане.

За право обладания перспективными участками нефтяных и газовых месторождений идет борьба по всей планете. За полтора десятилетия прокатилась волна революций и войн. И как ни печально сегодня говорить об очевидных фактах, но и наша страна после распада Советского Союза не без участия «благотворительных» фондов превратила собственную угольную отрасль в «послевоенные руины», а ранее успешно работающие угольные предприятия — в «вечные водокачки».

Конечно же, политики и государственные чиновники в Украине продолжают наперебой рассуждать о целесообразности финансирования угольной отрасли как основы энергетической безопасности страны. При этом не понимая или не желая понимать, что недостаточное финансирование угольного предприятия сегодня-завтра приведет к его неизбежной гибели. Противоречие, не правда ли?

Приватизировать или не приватизировать угольную отрасль, сегодня уже ни у кого не вызывает споров и сомнений. Конечно же, у каждой шахты должен быть хозяин.

Однако государство не должно бездумно избавляться от не финансируемых в настоящее время шахт. Мало продать шахту, получив деньги в бюджет для их «проедания». Обидно, что эти деньги придется отдать за откачку воды из уже закрытых шахт для обеспечения безопасности городов от затопления шахтными водами.

Искусственно тормозя скорейший переход шахт в частную собственность, государство ускоряет процесс гибели еще хоть как-то работающих предприятий. Ведь угольное предприятие — это не продуктовый магазин. Закрыл на месяц — пришел, открыл и снова торгуй и работай. Это многокилометровая цепочка горных выработок, подверженных горному давлению, сложнейшая в эксплуатации добычная и обслуживающая техника. Это прежде всего шахтерские коллективы, которые с каждым годом теряют кадровых рабочих, уходящих на пенсию, и молодежь, потерявшую надежду на перспективу развития шахты. Нет, не существование, а именно развитие. Если даже в полном объеме финансировать жизнедеятельность и поддержание работы любого угольного предприятия, но при этом не выделять ни копейки на его развитие, — значит в ближайшем будущем потерять предприятие.

Сегодня наш разговор пойдет о том, что пропасть, у которой стоят многие предприятия Минуглепрома, может быть преодолена. Бесспорно, нет одинаковых шахт. Специфика горно-геологических условий, способ вскрытия запасов, различные технологии отработки делают их не похожими друг на друга. Директора шахт постоянно напоминают на совещаниях в Министерстве о том, что передавать предприятия частным владельцам без достаточного опыта работы в угольном бизнесе нельзя.

Однако и государство, скажем откровенно, само оказалось очень нерадивым хозяином.

Погубив более ста шахт, и сегодня не прислушивается к просьбам и даже мольбам руководителей предприятий, дни работы по добыче угля на которых сочтены. Нет, не шахтеры виноваты в том, что завтра предприятие прекратит добывать уголь. Государство, не финансируя программу подготовки новых очистных забоев, упрямо тянет их к краю пропасти.

«Спасение утопающих — дело рук...»

«...Помню безысходность и обиду, когда в 1998 году трудящиеся нашей шахты молчанием встретили объявление на входе в АБК: «В связи с остановкой добычи коллектив подлежит сокращению с частичным переоформлением на соседние предприятия». Как было тяжело тогдашнему руководству, глядя всем в глаза, объяснять, что более 80 млн. запасов высококачественного угля, вскрытого и практически подготовленного к выдаче на-гора, останутся в недрах по причине недофинансирования. Нет лавы — негде работать. Не хватило денег на проведение нескольких участковых выработок и оснащение забоя. Куда идти, кому жаловаться? Руководители Министерства угольной промышленности прекрасно знали, чем закончится их так называемое недофинансирование...» — вспоминает нынешний директор шахты «1/3 «Новогродовская» ГП «Селидовуголь» Николай Галушко.

«...Тогда ушел костяк предприятия. Некоторые оставили шахтерский труд навсегда, кто-то устроился на соседних предприятиях. А по прошествии двух лет, когда пришло время продолжить добычу и деньги «с горем пополам» все же нашлись, практически невероятными усилиями удалось вернуть часть коллектива и продолжить добычу угля. Сегодня все может повториться вновь, но, боюсь, шахта не выдержит этого испытания. Не виним уже никого, ни министерство, ни правительство, просто устали от того, что мы никому ни нужны. Государственная система, являясь собственником, не способна оценить эффективность финансирования в то, что ей сегодня принадлежит. Нет того, кто был бы заинтересован в финансировании развития шахты. Для кого создавать программы развития и планы инвестиций? Кому нужны наши проблемы, если то, что лежит под ногами, никому не нужно?..»

Нельзя сказать, что инвесторы на шахту не приходили. Были и заманчивые проекты, и смелые грамотные решения, предложенные разными коммерческими организациями. Инвестиционные программы были, конечно же, наполнены содержанием, и некоторые заслуживали положительной оценки специалистов шахты. В частности, вызвал особый интерес основательный подход одного из потенциальных инвесторов. Ассоциация угледобывающих предприятий «Недра Донбасса», входящая в НПО «Механик», начала не только с конкретных мероприятий по увеличению добычи, но и предложила концепцию развития шахты на 5, 10 и 20 лет. В представленном проекте подробно и основательно, в цифрах и с указанием конкретных технических решений была представлена инвестиционная программа.

Но скажем откровенно, что от руководства шахты мало что зависит. Руководство объединения в очередной раз отмахнулось, сославшись на необходимость ожидания какого-то нового инвестора и каких-нибудь еще ожидаемых программ. И в очередной раз, не предложив ничего, снова замерло в ожидании чуда.

Кто хочет — тот делает

О том, что думают по поводу участи и возможных перспектив шахты «1/3 «Новогродовская» инвесторы, рассказал нам президент Научно-производственного объединения «Механик», в структуру которого входит «Ассоциация «Недра Донбасса», Виктор Викторович Вишневецкий.

— Виктор Викторович, из средств массовой информации стало известно, что «НПО «Механик» имеет наибольший в Украине опыт восстановления угледобывающих предприятий. В чем залог успеха? Как удалось превратить ранее отнесенные к неперспективным и нерентабельным шахты в современные угледобывающие предприятия?

— Желание вести угледобычу силами собственного предприятия возникло еще в тот момент, когда более 10 лет назад был основан ныне один из крупнейших энергомеханических заводов Украины «Механик». Здесь мы очень быстро освоили капитальный ремонт электрических машин и аппаратов, а вскоре и забойной техники. Обслуживая угольные объединения, спустя несколько лет научились производить собственную новую продукцию — электродвигатели, пускатели и многое другое. Производственный цикл замкнулся в пределах одного предприятия, и мы уже могли изготавливать такое нужное угольщикам оборудование собственными силами. Это подтолкнуло к тому, что уже в 2001 году мы приняли решение о восстановлении одной из ранее закрытых шахт. Так был проложен путь к созданию собственного угольного объединения.

— Расскажите, пожалуйста, какие шахты вами уже восстановлены и какие восстанавливаются в настоящий момент.

— Силами «НПО «Механик» в период с 2001 года были восстановлены такие закрытые ранее угледобывающие предприятия, как «Давыдовская-Западная №3», «Давыдовская-Западная №4», «Ровенская-Комсомольская» (ныне шахта «Преподобного Сергия Радонежского»), «Донецкая» (ныне шахта «Свято-Николаевская»), «60 лет Великой Октябрьской Социалистической революции» (ныне шахта «Свято-Андреевская»). Суммарная производительность этих шахт ныне составляет более 2000 тонн угольного концентрата в сутки. Шахта «Свято-Николаевская» на данный момент является лучшей шахтой крутого падения в Украине. Суточная добыча составляет 720 т угольного концентрата в сутки, а количество рабочих — около 700 человек. Средняя заработная плата забойщика на «Свято-Николаевской» — 7600грн., но благодаря передовой системе премирования рабочих достигает 12000 тыс. грн. Сейчас силами «НПО «Механик» ведется восстановление еще трех ранее закрытых шахт: «Красногвардейская» (г.Макеевка); «Красноармейская» (г.Белозерское) и «Горняк» (г.Горняк). После восстановления плановая суммарная добыча трех шахт составит 8000 т/сутки.

— Что подтолкнуло вас к созданию инвестиционной программы по шахте «1/3 «Новогродовская»?

— Дело в том, что наше предприятие имеет большой опыт по выводу из кризиса и реконструкции именно проблемных угольных шахт. Тем более, что в настоящее время именно «НПО «Механик» по поручению Министерства угольной промышленности разрабатывает проект восстановления закрытой в 2001 году шахты №2 «Новогродовская», граничащей с шахтой 1—3 «Новогродовская» и отрабатывающей ту же свиту пластов. Осуществление проекта восстановления шахты №2 «Новогродовская» потребует около 250 млн. грн., а в случае использования при реализации данного проекта поверхностного комплекса и выработок шахты 1—3 «Новогродовская» проект удешевится до 150 млн. грн. После реализации проекта возрождения шахт 1—3 «Новогродовская» и №2 «Новогродовская» их суммарная добыча в 2010 году составит не менее 6000 т/сутки, тогда как сегодня суточная добыча всего ГП «Селидовуголь» составляет 3900 т/ сутки с годовым убытком более 100 млн. грн.

— Как вы оцениваете нынешнее положение шахты?

— Сегодня шахта дорабатывает подготовленные ранее запасы угля. Через пять месяцев фронт очистных работ приблизится к месту остановки лавы — и все... Шахта остановится на неопределенный срок. За годы государственного скудного финансирования проведение горных выработок практически не велось, а это для угольного предприятия — гибель. Нет угля — не будет заработной платы, уйдет коллектив. Дальше продолжать не хочется: шахту ждет повторение судьбы большинства предприятий отрасли. 

— На ваш взгляд, кто будет нести ответственность за то, что шахта упадет в пропасть?

— Наше дело — не поиск виноватых, а выхода из сложившейся ситуации. Меняется руководство Минуглепрома, объединений, шахт, а угольная шахта и ее коллектив продолжают оставаться со своими проблемами наедине. И сегодняшнее молчание со стороны руководства объединения — тому прямое доказательство.

— В случае появления частного собственника как изменится ситуация на «Новогродовской»?

— Представьте себе собственника, у которого есть перспективное предприятие, способное приносить значительную прибыль, а он, не обращая внимания на потенциал, финансирует его по остаточному принципу. При этом из месяца в месяц терпит убытки на его содержание. Согласитесь, нереальная ситуация. Но в случае с государственной формой собственности она типичная. Вы сможете сейчас с ходу назвать, какие из государственных угольных предприятий убыточные, а какие приносят прибыль в казну? Нет. А мы как частные инвесторы еще до прихода на шахту «1/3 «Новогродовская» можем сказать, на какой технике будут работать люди, где будут нарезаться лавы, где и через какое время будут вскрыты новые горизонты. Главное — мы знаем, как будет строиться экономика предприятия и какой будет достигнут уровень рентабельности. Заметьте: не шахта, а мы можем сейчас ответить на все эти вопросы. Вот разница между положением «сейчас» и положением «завтра». Директор не должен ничего искать и кого-то о чем-то просить. Он должен выполнять утвержденную концепцию развития предприятия, следить за соблюдением финансового плана и четко следовать графику добычи. Вот в чем, по нашему твердому убеждению, заключается успех шахты «1/3 «Новогродовская» в составе ассоциации угледобывающих предприятий «Недра Донбасса».