— Уважаемый Леонид Данилович, хотелось бы, чтобы вы поделились с нашими читателями своим видением и своими оценками сегодняшней политической ситуации в Украине.
Главным событием этого года стали, безусловно, внеочередные выборы и все, что сопутствовало им. В связи с этим главный вопрос: чего для нашей страны было больше от этих выборов — пользы или вреда? Выиграла Украина или проиграла?
— Главным событием этого года стало повышение цены на газ, а не внеочередные выборы. Тем более, что сегодня речь идет о том, что цена может подняться выше 170 долларов, а в перспективе и более 200. Это особенно неприятно для химической и металлургической промышленности. Это удар по экспортным возможностям Украины, по ее коммунальному хозяйству, ведь придется повышать тарифы, то есть это удар по благосостоянию населения. Формируется новая макроэкономическая ситуация, которая требует принципиальных, не всегда популярных решений в экономической политике, прежде всего в вопросах энергосбережения.
При существующем политическом хаосе рассчитывать на успех тут могут только идеалисты. Я к ним не отношусь. Что касается выборов, то страна от них, как я вижу, не выиграла и не проиграла. Расстановка политических сил принципиально не изменилась. Хотя, конечно, любое нарушение Конституции никому никогда не идет на пользу — даже тем, кто допускает нарушения, руководствуясь особыми партийными, личными или даже «государственными» интересами. Бумеранг все равно работает. В обществе формируется правовой нигилизм, это очень опасная тенденция.
— По нашему мнению, через внеочередные выборы Виктор Ющенко пытался восстановить свое влияние на процессы, происходившие в Украине, отыграть утерянную власть, создать предпосылки к походу на второй президентский срок. На первый взгляд, ему кое-что удалось, на данном этапе именно он в центре принятия решений и формирования разного рода союзов. Но не является ли зыбким это видимое усиление позиций президента Ющенко?
— В центре принятия всех крупных, принципиальных решений находится не только Виктор Ющенко, но и другие ведущие политические силы, государственные и политические деятели. Именно поэтому и ведутся такие долгие и мучительные переговоры, консультации. Не следует это воспринимать только как негатив. Страна учится демократии. К тому же силы примерно равны. Именно поэтому так трудно даются реальные или мнимые победы то одной, то другой стороне. Отсюда и зыбкость позиций всех основных участников политического процесса.
Сами по себе выборы не могли помочь Виктору Ющенко отыграть, как вы выражаетесь, утерянную власть. И так было бы с любым, кто оказался бы в этой ситуации на его месте. Важно другое.
Во-первых, полномочия президента, их объем и характер изменились в связи с поправками, внесенными в Конституцию в конце 2004 года.
Во-вторых, ни для Ющенко, ни для его команды не были секретом результаты социологических опросов накануне внеочередных парламентских выборов. Все знали те скромные проценты, на которые мог рассчитывать НУНС. Так что откровением результаты выборов ни для кого не стали...
Может быть, что-то есть в предположениях тех очень немногих сведущих людей, которые говорят: а не для того ли Ющенко добивался внеочередных парламентских выборов, чтобы удалось создать широкую коалицию? Мне почему-то думается, что президент осознает значение для страны такого поворота политического процесса.
Что же касается похода во второй президентский срок с опорой на результаты внеочередных парламентских выборов, то, как мне кажется, вряд ли Ющенко заглядывал так далеко вперед. Повторяю: у него не должно было быть иллюзий относительно результатов досрочных парламентских выборов. А их результат — это и оценка деятельности президента.
— Как вы относитесь к созданию «оранжевой коалиции»?
— Как к свершившемуся факту. Такая коалиция имеет право на существование, а уж как она воспользуется этим правом, посмотрим. Ее судьба будет во многом зависеть прежде всего от политического поведения депутатов-коалициантов внутри коалиции и вообще в лагере «оранжевых». От того, будут ли они решать свои внутренние проблемы (в том числе кадровые) на публике, через СМИ или как-то иначе, более спокойно и, я бы сказал, пристойно, цивилизованно. И будут ли они видеть в оппозиции именно оппозицию, своих коллег по парламентской работе, а не армию поверженного противника.
— В декларациях политиков гипотетическая «широкая» коалиция рассматривалась как объединение запада и востока Украины. Но возможно ли сближение между частями страны лишь на почве межэлитных договоренностей, без внесения существенных корректив в государственную политику, внешнюю и внутреннюю? Соответственно, если в итоге сложилась бы (или сложится — чего не бывает!) коалиция в формате НУНС и ПР (с подключением Блока Литвина), на какие компромиссы, уступки должны были бы пойти стороны в парламенте?
— Не надо недооценивать то, что вы называете межэлитными договоренностями. Дело ведь в том, что такие договоренности как раз и предполагают внесение тех или иных, в том числе и существенных, корректив в государственную политку. Основа договоренностей лежит только в этой плоскости. Я, разумеется, не могу говорить, на какие уступки друг другу должны пойти участники гипотетического компромисса...
Говорить в тоне долженствования было бы вряд ли уместно, даже если бы я был действующим президентом. Да и уступки ли это? Речь идет о совершенно других вещах — об интересах государства, если хотите — о нашей государственности.
Другое дело — рассуждать о том, какие взаимные уступки логически вытекают из варианта коалиции того или иного формата. Сближение между частями страны возможно только в том случае, если руководствоваться двумя лозунгами.
Я имею в виду лозунги, которые были у немцев. Недавно одна украинская газета напомнила их. Начинали немцы с лозунга: «Мы — один народ». Этот лозунг звал к объединению двух Германий. Заканчивают лозунгом: «Мы — народ». Таким образом утверждается уже достигнутое единство и подчеркивается то, что отсюда следует. Не имеет особого значения, баварец ты или саксонец, главное — что все мы немцы, один народ.
В Украине неплохо было бы сосуществование одновременно двух лозунгов: «Мы — единый народ» и «Мы — народ». При этом вовсе не следует преодолевать все региональные различия, их нужно согласовывать. Одновалентное общество, каким мы были при Советском Союзе, никому не нужно. Необходимо понять и эту очень важную истину.
— Каково влияние предстоящих президентских выборов на происходящее в Украине? Является ли оно решающим?
— Не рано ли ставить этот вопрос? До выборов еще два года. Ясно, что за пост президента будет опять идти серьезная борьба. Уже одно это означает, что влияние президентских выборов на страну будет важнейшим.
— Какова, по-вашему, вероятность досрочных президентских выборов?
— Кто предвидел досрочные президентские выборы в Грузии год назад? Все может быть, но гадать на эту тему у меня нет желания. Что касается меня лично, то я категорический противник любых досрочных выборов, особенно — президентских.
— Каковы шансы Ющенко переизбраться на второй президентский срок? Что ему надо сделать, чтоб выиграть эти выборы?
— Слушайте, я ведь не работаю советником у президента Украины! Почему я должен говорить ему (к тому же через газету), что он должен сделать, чтобы переизбраться? И откуда мне могут быть известны его планы?
А общие предпосылки победы универсальны. Думаю, ему не хуже, чем мне и кому бы то ни было, известно: чтобы добиться успеха, надо хорошо, а главное — конструктивно работать. Как говорится, на результат. Чтобы росла экономика, чтобы соблюдались законы, чтобы росли доходы, и у людей было хорошее настроение, чтобы нас понимали в мире, не только на Западе, но и на Востоке.
— Каковы шансы Юлии Тимошенко стать президентом? И не совсем обычная просьба — не могли бы вы обрисовать Украину, какой она могла бы быть при президенте Тимошенко, если у последней все-таки есть шанс стать главой державы?
— Если бы выборы были сегодня, шансы у нее велики. Для понимания этого не нужно быть ни политиком, ни политологом, и даже не обязательно быть политизированным избирателем. Какие у нее могут быть шансы через два года — не могу знать.
Но Украина останется Украиной независимо от того, кто в ней будет президентом. Внутренние и внешние проблемы, определяющие развитие нашей страны, никуда не денутся и не претерпят существенных изменений. А если вы имеете в виду популистские предвыборные обещания Юлии Тимошенко и хотите, чтобы я сказал, каким может быть результат выполнения этих обещаний, то, по-моему, совершенно ясно: ни один из нынешних политических игроков, придя во власть, и не подумает выполнять все свои обещания. И не только потому, что не захочет, а прежде всего потому, что сама жизнь ему этого не позволит.
