Который год идет обсуждение, в каком направлении двигаться Украине: в сторону Западной Европы или России. Печатаются статьи, проводятся конференции, об этом толкуют по телевидению и радио, зондируется общественное мнение.
В еженедельнике «2000» опубликовано множество материалов, утверждающих целесообразность для Украины глубокой экономической кооперации с Россией, Белоруссией и Казахстаном, присоединения ее к Единому экономическому пространству и к Евразийскому экономическому союзу. В № 51(587) читатели в материале «Куда и с кем?» имели возможность ознакомиться с убедительными результатами краткосрочных и долгосрочных расчетов академических экономических институтов Украины и России.
Понятно, что долгосрочные прогнозы, в силу трудно учитываемых и вновь возникающих факторов, имеют тем меньшую прогностическую ценность, чем на больший срок они делаются. Поэтому они должны рассматриваться, скорее, как иллюстрация экономических тенденций. Но достаточно достоверные расчеты на ближайшие 4—5 лет (см. рис. 5 указанного материала) показывают возможность дву—трехкратного роста ВВП Украины в случае ее присоединения к зоне свободной торговли СНГ и к ЕЭП, и почти пятикратный рост за этот же период, при условии присоединения к Евразийскому экономическому союзу. В то же время при вхождении Украины в зону свободной торговли Европейского Союза расчеты экономистов двух стран прогнозируют и в ближайший период, и на длительный срок сиротливый минус ее экономического развития (не говоря о том, что сам союз переживает не лучшие времена, которые неизвестно чем закончатся). Мало кого обманывает «ассоциация» Украины с Евросоюзом, который даже декларативно не желает упоминать о приеме Украины в ЕС.
Тем не менее вопли «Хочу в Европу!» продолжают раздаваться. Ладно бы — только от тех, кому недоступно очевидное. Это еще можно понять. В качестве доводов в пользу ориентации на Запад они будут говорить вам о «западном цивилизационном выборе», о том, кто кого древнее, кто от кого произошел, чей язык лучше и кто кого избраннее у Бога. Но когда подобными спекуляциями занимаются представители власти, то неизбежен вопрос: а что представляет собой власть на Украине? Ведь речь-то идет о том, будут ли граждане Украины жить или выживать, а может быть, о самом существовании Украины.
Представляется, что при возможном критическом отношении к политическому строю как России, так и Украины, в любом случае на первом месте в настоящее время должны стоять экономически благоприятные отношения между ними.
Если рядовым гражданам доступен материал и выводы двух академических институтов экономики, то и президенту, и правительству, и нардепам нашей страны они известны. Возможно, у них имеются другие данные, другие расчеты — опровергающие материал обзора «Куда и с кем?», — данные столь же подробные и основательные? Так пусть бы показали их народу: по годам и на перспективу, с цифрами и ответственно.
Вместо этого господа хорошие продолжают морочить головы людям «западным цивилизационным выбором». Причем в этом занятии наблюдается прямо трогательное единодушие президентской Партии регионов с бывшей «оранжевой», а ныне «оранжево-коричневой» оппозицией. Во главе с президентом они продолжают толковать о «неотвратимой и бесповоротной интеграции Украины в европейское сообщество», уподобляясь то ли известному коту Ваське, который слушает, да ест, то ли — самозабвенно токующему тетереву, называемому в народе глухарем. Глухарь, как известно, бывает настолько увлечен токованием, что легко становится жертвой охотника. Черт бы с ним — с глухарем, так в нашем случае его глухота может принести в жертву целый народ.
Власть культивирует в общественном сознании представление о себе как об элите чуть ли не с генетическим, а то и божественным предназначением. Власть может сколько угодно воображать себя «элитой», но надо бы ей помнить, что вся она — от президента до участкового милиционера — и законодательная, и исполнительная, и весь аппарат — не более чем нанятые народом служащие. Народ их нанимает и содержит для обеспечения своих интересов. По идее, он должен иметь возможность их и увольнять. Жаль, что последнее право у народа возникает только раз в 5 лет и кроме выборов, пока нет другого конституционного механизма воздействия на «глухарей».
Впрочем, и выбираем-то мы тех, кого нам дают выбирать. Се ля ви (такова жизнь), как говорят западно-цивилизованные французы.