новости
Все новости
Новости из сети
Рада «розв'язана»
Но узел проблем превращается в петлю
8 октября в 21.00 Ющенко находился в городе Нерона, но обратился к гражданам с телеэкрана в интерьере своего киевского кабинета. Именно в таком «раздвоении» он сообщил, что распустил парламент. Или, если выражаться языком мемуаров соратников Шухевича, «розв'язав» Раду. Думается, он употребляет именно этот, не числящийся в большинстве словарей, полонизм. И не только из симпатий к мемуаристам. Но и потому, что одно из нормативных значений данного глагола — «решить», и Президент думает, что, распуская Раду, решает проблему.
Решение принято давно. Ведь говорил же он в Атлантическом совете в Нью-Йорке 23 сентября, что дата роспуска наступает через 15 дней. А это значит — 8 октября. А мы еще иронизировали по поводу этой цифры. Видимо, напрасно.
По правилам военного искусства
На прошлой неделе на «5 канале» замсекретаря СНБО Степан Гавриш сначала сказал, что роспуск при отсутствии коалиции наступает 13 октября, но затем легко согласился с названным 16-м числом. Мне сразу стало ясно, что для президента срок наступает гораздо раньше. И 2 октября Ющенко сказал, что уже в полночь на 3-е может распустить парламент. Чего удивляться? Ведь, как сказал Суворов, «удивить — значит победить». Конечно, у нас президент борется с «имперско-коммунистическим» наследием, но когда «припекает», то именно к нему он и обращается. Говорил, якобы в канун киевских выборов, что они должны стать Сталинградом (а не Корсунем или Пилявцами) для Юлии Тимошенко.
Другое правило военного искусства требует совершать самые нежелательные для противника действия. Юлия Владимировна сразу сказала, что досрочные выборы — наихудший вариант. И своим поведением доказала, что ничуть не лгала, говоря это. Следовательно, у президента был мотив добиваться досрочных выборов «при любой погоде».
Правда, из телеобращения неясно, на какой день назначены выборы. Вообще неясно, что именно написано в его указе. Даже сам факт указа еще не достоверен. Но, очевидно, он вот-вот будет обнародован, ибо Ющенко показал, что не играет в китайские предупреждения. Да, согласно Конституции, назначение новых выборов не обязательно должно быть одновременно с указом о прекращении полномочий парламента. Однако то, что Ющенко не назвал дату, отражает не только желание получить свободу маневра, но и является косвенным признанием организационных проблем. Главная в том, что на проведение новых выборов пока нет денег. Еще утром 8 октября на консультациях с лидерами фракций Ющенко хотел, чтобы Рада сначала выделила эти средства, а потом он издал указ о роспуске. По его мнению, Рада нынешнего созыва после указа уже не вправе будет собираться. Но в Раде сочли, что сначала должны быть стулья, то есть указ, а потом деньги (ибо как же выделять деньги на событие, которое может и не произойти). Конечно, можно по сценарию прошлого года распорядиться, чтобы деньги выделил Кабмин из резервного фонда (хотя непонятно, что там осталось после наводнения), а парламент считать нелегитимным сразу после указа.
Но просто полагать, как показал прошлый год, мало. Надо обеспечить нелегитимность Рады. Или жестко управляемую легитимность, то есть когда указ о роспуске приостанавливается на день-два исключительно для приема нужных президенту законов, например, о том же финансировании выборов. А пока неясно, насколько покорной Ющенко будет Рада и насколько она будет использовать правовые зацепки, связанные как со временем роспуска, так и со своим статусом до созыва нового парламента.
Легитимен ли срок?
В отличие от указов по разгону Рады, принятых прошлой весной, нынешний роспуск выглядит несравненно более обоснованным с правовой стороны. Ведь уже прошло более месяца, как НУНС вышел из коалиции. Правда, возникают вопросы, с какого момента отсчитывать выход: с момента решения фракции (3 сентября), истечения установленного регламентом 10-дневного срока для восстановления коалиции (13-е) или объявления об этом спикера на заседании Рады (16-е).
Согласно Конституции, деятельность коалиции регулируется этим документом и регламентом Рады. Но о восстановлении коалиции в указанный срок и о констатации ее распада спикером говорится только в регламенте. А существующий регламент не может считаться легитимным. Как известно, еще в апреле Конституционный Суд решил, что регламент может приниматься только как закон. Перспектива вмешательства президента посредством своего вето во внутреннюю жизнь Рады не вдохновила депутатов. Ведь во всем цивилизованном мире принятие регламента — суверенное право парламента, а в тех странах, где парламенты двухпалатные, каждая палата принимает свой регламент без участия другой.
Поэтому было решено обойти КС, приняв краткий закон «Об организации и порядке деятельности Верховной Рады», где устанавливалось, что эти организация и порядок регулируются Конституцией, законами, и регламентом. То есть, регламент предполагалось принять не как закон, но в соответствии с законом. 4 сентября вето на закон «Об организации и порядке деятельности ВР» было преодолено, а затем был принят Акт «О регламенте». Однако Ющенко закон не подписал, а вернул с повторным вето, ссылаясь на разные номера акта, который ветировался в апреле и направлялся на подписание в сентябре. Таким образом, пока регламент является нелегитимным, ибо он принят в соответствии с не вступившим в силу законом.
Решить проблему можно было бы, сместив Яценюка и утвердив спикера, который бы этот закон подписал. Однако это означало бы новый уровень координации действий между БЮТ и регионалами — по персональным вопросам. А они и достигнутого в первые дни сентября уровня удержать не смогли.
С другой стороны, даже полноценный регламент перенес бы момент возможного роспуска лишь на несколько дней. А ведь есть зацепка, благодаря которой можно пытаться оттянуть это событие на месяц с лишним. Она основана на толковании положения ст. 90 Конституции: «Повноваження Верховної Ради України, що обрана на позачергових виборах, проведених після дострокового припинення Президентом України повноважень Верховної Ради України попереднього скликання, не можуть бути припинені протягом одного року з дня її обрання».
Согласно этому толкованию день избрания не является днем выборов. На это первым обратил внимание Сергей Кивалов, назвавший днем избрания 15 ноября, когда ЦИК зарегистрировал 300-го депутата. А БЮТ, в том числе и устами Тимошенко, переносил эту дату на 23 ноября, день принятия депутатами присяги. Как же решается юридический казус?
В Конституции слово «обрання» употребляется, кроме приведенного положения, лишь однажды — в ст. 112.
«У разі дострокового припинення повноважень Президента України відповідно до статей 108, 109, 110, 111 цієї Конституції виконання обов'язків Президента України на період до обрання і вступу на пост нового Президента України покладається на Голову Верховної Ради України».
В данном случае различается избрание и вступление в должность, которое и у президента, и депутатов начинается с принесения присяги. То есть, ясно, что год нельзя отсчитывать с 23 ноября. Но неясно, с какой же даты это делать? Текст закона о выборах здесь не помогает, ибо слово «обрання» там не употребляется.
Однако Ющенко уже заявил на консультациях с лидерами фракций, что на эту Раду не распространяется годичный иммунитет от роспуска. Ибо в 2007-м он назначил внеочередные выборы не потому, что своим указом досрочно прекратил полномочия парламента, а «в связи с неполномочностью Верховной Рады Украины и невозможностью возобновления полномочности парламента», чей состав стал меньше установленного Конституцией порога.
Однако поскольку такое основание досрочных выборов в Конституции не установлено, то с президентом можно спорить, утверждая, что нынешняя Рада все равно должна минимум год отработать. Но к такому спору надо готовиться тщательно, а не экспромтом. И отсутствие тщательности выглядит главным просчетом премьерской фракции. Ведь раз Тимошенко хотела сохранить и премьерское кресло, и «оранжево-демократическую» «невинность», то ей выгоднее всего была бы ситуация, когда и новой коалиции не было бы, и парламент работал бы. Значит, надо было заранее не только озвучить все юридические нюансы, но и оформить их понимание в жанре представления в Конституционный Суд. Так бы появлялся серьезный шанс, что «разгонный указ» не выйдет до рассмотрения дела КС.
Что же касается и «регионалов», и всех остальных, то, похоже, они не сомневаются в праве президента распустить Раду хоть сейчас, что он и сделал. Точка зрения Кивалова остается его личным мнением. Однако больше разногласий вызывает следующая проблема.
Может ли ВР работать после роспуска?
Статья 90 Конституции начинается так:
«Повноваження Верховної Ради України припиняються у день відкриття першого засідання Верховної Ради України нового скликання.
Президент України має право достроково припинити повноваження Верховної Ради України, якщо...» (далее известные 3 условия о невозможности сформировать коалицию или Кабмин либо же начать заседания в отведенные Основным Законом сроки).
Исходя из этого, можно пытаться утверждать, что прекращение полномочий ВР следует не со вступления в силу указа, а с первого заседания новой Рады. Ведь после этого заседания полномочия старого парламента все равно прекратятся досрочно. Если же считать Раду неправоспособной с момента указа, то тогда выходит, что ч. 2. ст. 90 противоречит ч. 1.
Однако ст. 108 содержит подобное противоречие, когда речь заходит о полномочиях президента.
«Президент України виконує свої повноваження до вступу на пост новообраного Президента України.
Повноваження Президента України припиняються достроково у разі:
1) відставки; 2) неможливості виконувати свої повноваження за станом здоров'я; 3) усунення з поста в порядку імпічменту; 4) смерті.
Никто же не будет утверждать, что президент после импичмента или принятия отставки должен все равно подождать, пока выберут его преемника. Тем более, что Конституция в упомянутой ст. 112 ясно указывает, что в этих случаях президента заменяет спикер.
Однако применение этой аналогии в случае с парламентом не всем кажется бесспорным. Они ссылаются на то, что, если в Конституции сказано, кто выполняет функции президента при досрочном прекращении его полномочий, то относительно Рады такого указания нет. Следовательно, она должна работать до нового созыва, чтобы реализовать принцип непрерывности власти.
Но, с другой стороны, этот принцип имеет сугубо моральное значение. В Конституции он не зафиксирован. Если же мы возьмем европейские демократии, то в одних конституциях прямо сказано, что распущенный парламент все равно работает до созыва нового, другие не содержат четких указаний по этому поводу.
Однако зарубежный опыт в данной ситуации является лишь справочной информацией. Куда важнее позиция ведущих политических сил относительно прав распущенного парламента. Тем более, что эта позиция отразится и на самих выборах, которые все равно выглядят неизбежными.
Очередные внеочередные или референдум о доверии Ющенко?
Ясно, что БЮТ будет ратовать за продолжение заседаний парламента до выборов, мотивируя это принятием бюджета. Упорство в борьбе за жизнеспособность Рады выгодно премьеру. С одной стороны, если «регионалы» будут считать, что полномочия Рады кончились с президентским указом, БЮТ получит аргумент в пользу сговора Ющенко с Ахметовым и шансы «надкусить» традиционный электорат «регионалов». С другой стороны, Тимошенко срочно необходимо восстановить репутацию «единственного мужчины в украинской политике», разрушенную бездарным голосованием ее фракции за отмену антипрезидентских законов. Здесь надо говорить не только о беспринципности, о которой пишет Лозунько, но и о демонстрации электорату недопустимой слабости, наконец, о полном отсутствии продуманного плана.
Если уж Тимошенко думала задобрить президента уступками, то надо было соблюдать единство стиля, то есть вместе с отменой законов сказать, что она счастлива отдать президенту свой самолет и что не полетит в Россию, пока та не прекратит оккупацию Грузии. Но при этом СП заявил бы уже о «недопустимости ультиматумов по отношению к стратегическому партнеру». И ни при каких обстоятельствах создание коалиции БЮТ — НУНС — БЛ не привело бы к внесению президентом кандидатуры Тимошенко на пост премьера. Достаточно понять несложный подтекст его проамериканских речей. Может, она и хотела бы такого отказа Ющенко, чтобы выставить его особо неприглядно. Но президент не довел дела до этого — коалиция просто состоялась.
И теперь, когда все это ясно, самое время забирать у президента отданные ему прерогативы и восстанавливать свои имиджевые утраты — то есть, возрождать законы, отмененные 2 октября. Их отмену можно вообще признать недействительной, ведь она была проведена НУНС и БЮТ большинством в 1 — 2 голоса с участием карточек депутатов от этих фракций, которые на самом деле тогда были на сессии ПАСЕ в Страсбурге, что отражено и в секретариате Рады. Надо аннулировать фальсификацию и не будет отмены законов.
Но неизвестно, добивались ли этого аннулирования и «регионалы»? И это не последний вопрос об их поведении. Так, одни представители фракции повторяют общее мнение ПР о прошлогоднем кризисе — распущенный парламент может работать до выборов нового. Но далеко не все. А Александр Ефремов, который нередко является «голосом» Виктора Януковича, дает понять, что Рада после указа не вправе собираться, и предлагает разрешить коллизию так: Ющенко издает указ, который вступает в силу, когда Рада примет законы, необходимые для проведения выборов.
Но ведь параллельно с принятием этих законов никто не мешает принять и другие, ограничивающие президента? Было бы желание.
А для Ющенко альтернатива выделению средств на выборы парламентом — борьба с Тимошенко за деньги резервного фонда посредством СНБО и прокуратуры. Новая редакция закона «О Кабмине» дает лучшие основания для этой борьбы, чем было год назад. Но еще с 2001 г. ясно: уголовное преследование Юлии Владимировны лишь повышает ее рейтинг.
Что же касается самих выборов, то тайные желания Ющенко были, похоже, продемонстрированы данными соцопроса Института стратегических исследований. Он подчинен президенту и всегда выдает более приятные ему рейтинги, чем другие соцслужбы. Согласно последним, БЮТ, НУНС, блок Литвина и некая политсила Яценюка получили бы большинство в новой Раде, но при этом у блока Тимошенко было бы меньше голосов, чем у трех остальных сил вместе взятых. Только при таком раскладе и соответствующей четырехпартийной коалиции можно на основании арифметического аргумента, а не одного желания, требовать иного кандидата в премьеры, нежели Тимошенко.
Однако и в такой ситуации Ющенко не может на 100% быть уверенным ни в Литвине, ни даже в Яценюке. А тактика нескольких колонн на нынешних выборах неизбежно ударит рикошетом по перспективе президента на переизбрание. Ведь ее будут определять, отталкиваясь от результата остатков НУНСа.
Но для начала Ющенко надо решить одну задачу: показать, что он — главный при любом парламентском раскладе. А это будет возможно и при вышеназванной коалиции, и при «ширке» — главное, чтобы премьером не были ни Тимошенко, ни Янукович (если только последние торжественно не подпишут универсал об отказе от президентских амбиций). Да, раздоры президента и премьера дают шанс на то, что большинство в новой Раде окажется у партий, не связанных с Майданом. Но смогут ли они конвертировать это большинство в свое правительство? Не бросится ли тогда Тимошенко спасать Ющенко от «антинационального» заговора?
А неверие в то, что выборы в парламент изменят жизнь, может удержать от прихода на участки большую половину избирателей. Да, в этом случае по закону должны пройти новые выборы уже без порога явки, и Тимошенко пост премьера не утратит. Однако такая апатия будет истолкована Ющенко как карт-бланш на перераспределение власти путем референдума по новой Конституции, предполагающей, в частности, выгодную ему избирательную систему.
Но есть и еще один вариант: создание в новом парламенте сверхширокой коалиции, которая, используя низкий рейтинг президентского блока, доведет дело либо до немедленных президентских выборов, либо до изменения Конституции, после которых эти выборы станут менее заметным календарным днем, чем день памяти голодомора.
Но чтобы достигнуть такой цели, ведущие политические силы должны строить кампанию как референдум об отношении к президенту. Лозунг «Ющенко, убирайся домой!» решит проблему явки. А его последующая реализация покажет, что «розв'язання» Рады может решить проблемы, а не затянуть гордиев узел или даже петлю на шее украинской демократии.
2047