новости
Все новости
Нанопрестиж Донбасса
Взрывы на шахте им. Засядько вызвали серьезный резонанс. Было грустно и смешно наблюдать, как стремительно в Украине стали объявляться защитники шахтеров и знатоки горного дела. Чаще из числа тех же политиков, кто вчера учил страну быстро тушить горящий фосфор и ставить на крыши многоэтажек солнечные батареи. Лики этих самозванных экспертов затмевали всю авторитетность мнений настоящих ученых. Те же по традиции не «высовывались», а сосредоточенно делали свое дело. Поставить диагноз судьбе взрывной шахты позвали эксперта из США. Как он один справился с проблемой, неизвестно. На днях на шахту приехали польские консультанты, приглашенные Кабмином. Эти вызовы «варягов» симптоматично обозначили сложившуюся у нас шкалу приоритетов, далекую от модного слогана «думай по-украински!»
«Золотая курица» для корейцев
А что же свои, отечественные ученые умы, кем они востребованы? Почему в любом солидном украинском НИИ с такой гордостью перечисляют в первую очередь зарубежных потребителей их новых идей, технологий, оборудования? В самой Украине, где правительством объявлена всеобщая мобилизация в нанотехнологии, неужели некому пользоваться достижениями научного прогресса? Где он вообще у нас произрастает — в каких пенатах?
Искать долго не пришлось. В Донецке на улице Бакинских комиссаров, 17а. Тут находится научно-технологический центр «Реактивэлектрон» НАН Украины.
Почти полвека назад (в самый разгар «холодной войны») в Донецке появился этот «почтовый ящик». Факт по тем временам примечательный: в эпоху борьбы за мировое лидерство между СССР и США советская военная машина свою устойчивость держала на головных НИИ, находившихся в Москве. И только один «осел» в Донецке — ВНИИ «Реактивэлектрон». Тем самым был признан и востребован мощный научный потенциал Донбасса — интеллектуальный, технический, сырьевой и пр. В 1987 году на базе ВНИИ, опытного завода и завода химреактивов образовали научно-производственное объединение. Его продукция обеспечивала конкурентоспособность сложному оборудованию для АЭС, оборонной и медицинской промышленности, транспорту, геологии и МВД с МинЧС.
Сегодня режима секретности нет. «Почтовый ящик А-3481» стал НТЦ «Реактивэлектрон» НАН Украины. Его генеральный директор Владимир Полищук (выпускник Львовского университета) — нетипичный «красный директор». Хотя бы потому, что личный научный авторитет (с менеджерским опытом) мог ему обеспечить вполне респектабельную жизнь в том же Нью-Йорке.
«Да, звала меня в партнеры одна солидная фирма, — вспоминает свой вояж в США Владимир Полищук. — Почему отказался? Да чужое все там! И, как я понял, роль мне была уготована специфическая — помочь наладить производство композиционных магнитоабразивных материалов для новейшей технологии обработки в машиностроении. Это все равно, что ставить домну, только не в китайском, а американском дворе. Ради развития бизнеса одной компании. Но у науки, которой я с коллегами занимаюсь много лет, более глобальные перспективы. А звали за границу работать не только меня, многих наших ученых. Того же Николая Спиридонова (старшего научного сотрудника отдела наноструктурных функциональных материалов и руководителя лаборатории пьезокерамики) корейцы долго сманивали».
Наверное, «отказники», добровольно и сознательно ставшие отшельниками, и стали хранителями академической ценности этой цитадели науки. Это длилось несколько лет, когда НИИ с оборонной родословной для Украины оставался «ничейным». Многие сотрудники уволились и ушли выживать на рыночные просторы. А самые преданные остались. «Я каждый день приходила на работу, получая зарплату в 13—17 гривен в месяц», — признается мне старший научный сотрудник НТЦ Людмила Гусакова.
«Тяжело вспоминать то смутное время, — говорит В. Полищук — Наш институт был головным в области разработки новых материалов для электронной промышленности (более 100 новинок родилось в наших лабораториях). Уровень свойств этих материалов был выше аналогов, разработанных лучшими зарубежными фирмами США, Японии, ФРГ, Южной Кореи, Германии. И враз мы утратили сотни заказчиков, стали «тонуть» в пропасти долгов. Ведь работы, выполненные нами для Министерства образования и науки, а также Минпромполитики (как и прочие), не оплачивались. Как снежный ком, росли долги: не хватало средств на зарплату, отопление, электроэнергию, — вспоминает Владимир Сидорович. — Налоговая инспекция, милиция, прокуратура, КРУ не вылазили от нас с проверками, допытываясь — «Почему не платишь в бюджет, Пенсионный фонд?» Словно по законам джунглей, мы были отданы на съедение чиновникам».
Скандал на ковре
Когда петля 1,5-миллионного долга (по зарплате, бюджетным отчислениям и оплате коммунальных услуг) дожала НТЦ до крайности, Владимир Полищук сказал свое последнее слово, получив вызов «на ковер» в Донецкий горисполком. Это был еще тот скандал! Оставаться под клеймом «злостного неплательщика» коллективу ученых показалось унизительным.
На вопрос председателя, почему не идут отчисления в бюджет, гендиректор на совещании в мэрии сказал откровенно: «Да потому, что государство наше в лице чиновников — бандит, а вы — его опричники!» Что тут началось! Прокурор стал возмущаться: «Как он может говорить тут такое? Какие для этого основания?» Первый заместитель городского головы Николай Волков спросил: «Вы осознаете, что говорите? Поясните, что вы имеете в виду!» Полищук и пояснил: Министерство промполитики заказало ученым работу, которая была выполнена в срок. Но не оплаченной так и осталась (на сумму 1,5 млн. грн.). Задолжал ученым и некий гражданин Бойко, арендатор (на сумму 200 тыс. грн.). Не платил пять лет.
«Мы — в прокуратуру, но там не отреагировали, — описывает былые мытарства наш собеседник. — Мы пошли в суд. Суд «нашел» в договоре с арендатором не на том месте поставленную запятую и принял решение считать договор недействительным. А посему этот Бойко нам ничего и не должен. Так нам тогда заявил судья. Потом выяснилось, что наш документ был правильным. Так ловкий проходимец с помощью суда с нами не рассчитался. Как известно, деньги на судей имеют большое влияние. Вот почему тогда на возмущения прокурора: «Почему же вы не защитили государственное учреждение от проходимцев?» Директор парировал: «А как защищает государственные интересы налоговая инспекция?» Да она ради сиюминутной выгоды готова «задушить» курицу, несущую золотые яйца. Из-за отсутствия оборотных средств мы не в состоянии произвести и реализовать свою продукцию. Хотя она конкурентоспособна на мировом рынке. «Что это за политика государства?», — спросил у прокурора».
Взвесив все доводы, председательствовавший Волков предложил гендиректору Полищуку срочно подготовить документы, чтобы авторитетом городской власти таки разрешить проблему в кабинетах Кабмина. Вскоре за подписью городского головы Александра Лукьянченко бумаги ушли в Киев. Результата и на этот раз в НТЦ не дождались, долги так и не вернули.
Однако тот скандал все же возымел последствия: местная власть разглядела в потенциале НТЦ «золотую курицу». Донецкий губернатор Владимир Логвиненко решил искать понимания у президента НАН Украины Бориса Патона по поводу вроде бы ясной цели — «Реактивэлектрону» нужен академический патронат с государственным финансированием исследований. Благодаря общим усилиям и поддержке академика Патона центр таки получил бюджетные деньги. Но только на часть исследований (менее 25%), остальные работы зависят от обязательности заказчиков. На сегодня у НТЦ есть лишь один многолетний заказчик — Донецкая железная дорога. Уже 10 лет она использует уникальные композиционные токосъемные материалы, обеспечивающие надежность работы в любых погодных условиях. Не могут обойтись без «Реактивэлектрона» и практически все криминалистические центры МВД, где незаменимы качественные дактилоскопические материалы.
Сейчас благодаря поддержке государства научные сотрудники могут активизировать многие и фундаментальные, и прикладные разработки. Хотя, чтобы весь организм центра жил и плодотворно работал, необходимо средств в 6 раз больше тех, что обещаны госбюджетом на 2008 год.
Сиротским выглядит такое долевое участие правительства в объявленном «Украинском прорыве» в сторону Европы на рельсах нанотехнологий.
Нанопрорыв сквозь фуфайки
Типичный для многих НИИ пример с использованием потенциала «Реактивэлектрона» ставит ребром простой вопрос — «А самой Украине эти нанотехнологии нужны?» Чудно получается: высокоразвитой экономике Европы мы будем свой невостребованный прогресс двигать?
Моим сомнениям ученые дали простое пояснение: позиция государства, законы и уровень развития украинской экономики таковы, что реализовать достижения родной науки сложно. А уж нанотехнологии тем более. Ведь тот же донецкий НТЦ уже создает новые материалы с новыми свойствами. Но прогресс с «прорывом» возможен при наличии производства продукции на основе этих материалов. Тогда созданные (путем управления наноструктурой) новые материалы дадут рождение новому поколению приборов и оборудования: для атомщиков, ювелиров, медиков, геологов, экологов, химиков и пр. Практика же в Украине пока ограничена словом «можем».
«Реактивэлектрон» — это создание новых материалов на основе ферритов, а также пьезокерамики. Нанотехнологии с использованием новых свойств ферритов — перспективы космического уровня. Но до космоса ли сегодня Украине? А бронетехника, защищенная нанопокрытием? А матричные материалы топливных элементов в атомных реакторах или химически стойкие покрытия изделий (для работы в агрессивных средах)?
Все это уже создано, но насколько эффективно работает? Жива в нас зависть ко всему заморскому, хотя имеем повод завидовать самим себе. Взять ту же систему «Стелс» (она обеспечивает невидимую защиту самолетов от радиолокации). Мало кто знает, что в «Реактивэлектроне» был разработан целый комплекс материалов подобного назначения для оборонки. «Неуловимыми» могут быть не только самолеты, но и танки, любая техника. Классика — пример с «Кольчугой», для которой в центре разработаны материалы, защищающие против радиолокационного обнаружения. Но за все годы независимости центр не получил ни единого заказа от Минобороны.
Ферриты со своим нанопотенциалом востребованы в наши компьютерные времена. Это, например, обеспечение устойчивой работы приборов в зоне помех (в городе — там, где работает электросварка или движется трамвай) и защита от промышленного шпионажа (съема информации). Для безэховых камер «футлярные» материалы специалисты НТЦ придумали особые, с применением нанотехнологий: уровень отражения и поглощения магнитных волн гарантирует возможность поддержания секретности. Но кому это надо, когда в моде открытость, но не защита государственных секретов?
Нанотехнологии в создании новых материалов с применением свойств пьезокерамики еще более перспективны. Например, в тех же датчиках для «прослушки» недр (в шахтах, подвалах небоскребов или на подлодках). Но, как признавались после засядьковской трагедии шахтеры, суперчувствительные датчики они укутывали фуфайками. Пока не дозрели до уважения к нанотехнологиям даже медики. Масса УЗИ-аппаратуры, завозимой в страну из-за рубежа, — дорогая и недолговечная техника. А в НТЦ уже давно бьют тревогу: эту технику надо сертифицировать, настраивать, ремонтировать. Это — дополнительные траты. УЗИ-приборы горят быстро из-за выхода из строя чувствительных датчиков. В «Реактивэлектроне» разработан материал, который таким приборам обеспечивает больший срок эксплуатации. Но кому это надо — Минздраву или дилерам импортного медоборудования?
Сверхчувствительные датчики для УЗИ-диагностики коммуникаций системы ЖКХ — тоже уже сегодня могли бы экономить госбюджетные средства. Наноматериалы есть, но кто больше заинтересован в подобном оборудовании? Риторический вопрос.
Еще больше риторических ответов. Хотя картина, кажется, ясна: для нанопрорыва нужно наномышление. Во всех государственных головах.
202