Будда, играющий джаз (ФОТО)
«Это было как секс!» – воскликнула незнакомая девушка из соседнего кресла справа, неистово аплодируя и даже подпрыгивая от возбуждения – «Как самый лучший в моей жизни петтинг»! Не только эту барышню, но весь зал киевской консерватории 3 февраля терзали, поглаживали, возбуждали, сладко мучили и томительно долго доводили до экстаза профессионалы из Поднебесной – участники джаз-бенда «Золотой Будда».
Прежде всего, позвольте похвалить проницательность и интуицию моей случайной соседки: должно быть, она сама сильно удивилась бы, если бы узнала, что в историческом словаре американского сленга jazz приводится как не слишком приличный синоним слова «секс».
И это ее случайное «открытие» – лучший знак качества для того музыкального продукта, который подарили к празднованию китайского Нового года украинским слушателям. Джаз-бенд «Золотой Будда» привезли в Киев при содействии посольства КНР в Украине – и, как сказал уже мой сосед слева, солидный мужчина средних лет: «этот подарок от Пекина куда существеннее и человечнее, чем обещания многомиллиардных кредитов»!
На самом деле удивление и восторг публики можно понять: почти никто из пришедших на концерт не знал, что Конг Хонгвэй, руководитель коллектива, его основатель и носитель титульного прозвища «Золотой Будда» (отсюда и название группы) – самый легендарный джазмен Поднебесной, основатель первого джаз-бэнда в Китае (1989 г.), и автор первого китайского джазового альбома (1995 г.).
Мы вообще мало знаем китайский джаз – да и кто его хорошо знает? Спросите меломана, например, из Нью-Йорка – и после некоторого замешательства вам как пример самого значительного джазового музыканта «из-за большой стены» назовут Ланг Ланга – супер-популярного пианиста-виртуоза, прославившегося «классическим» репертуаром, а в последние годы пытавшегося завоевать новые жанровые ниши. Так вот, по сравнению с Хонгвэем и его живыми, брызжущими чистой радостью импровизациями воспетый и монументальный Ланг – лишь холодный робот, пытающийся играть стандарты.
Уровень исполнительского мастерства «неизвестного» Конг Хонгвэя – это, пожалуй, класс одного из лучших джазовых пианистов мира. Примечательно также то, что Хонгвэю-«Золотому Будде» удается абсолютно неожиданное: если великолепная техника – не редкость для китайских музыкантов, то необходимая для «правильного» джаза открытость, эмоциональность, оголенная чувственность и изобретальная вариативность – крайне редкие компоненты.
Дело здесь не в генетической «зажатости», а в культурных традициях и особенностях истории страны. Конфуцианство как основа мироощущения давно победило на данных территориях, а согласно этой философии, музыка – лишь одно из средств управления государством, фактор воспитания масс и достижения общественной гармонии. Бесконечно далека эта концепция от идеи джаза, а если учесть еще и «культурную революцию», борьбу с «буржуазным ядом» и прочие эксцессы недавнего прошлого – станет понятно, что появление джаз-бенда высочайшего мирового уровня – явление для КНР не менее значимое и революционное, чем освоение космоса.
Вместе с тем китайский джаз – это ни в коем случае не бездумное копирование западного понимания музыки. Достаточно вспомнить даосизм, согласно которому музыка должна содействовать проявлению естественных психоэмоциональных реакций человека – фактически даосы ведь призывали играть джаз! Восточный «принцип единого звука», столь раздражавший гостей из Запада в XIX веке, привыкших к мелодическому обороту – это тоже своего рода предпосылки для своеобразного современного «джазового» подхода.
Интересно, что в самой КНР Конг Хонгвэя принято сравнивать с Бобом Джеймсом – знаменитым американским пианистом, активно «скрещивавшим» джаз с фолком и кантри. И хотя по манере мне «Золотой Будда» больше напомнил другого американского клавишника, Кита Джаррета, с Джеймсом Хонгвэя роднят попытки играть музыку «с корнями» – коллектив из Китая не только включает в произведения фолковые мотивы и элементы, ребята обрабатывают народные песни и активно используют народные инструменты (сам Конг Хонгвей играл на народных инструментах с пяти лет – и лишь позже освоил фортепиано, а в нынешнем составе за китайскую лютню и прочие экзотические струнные отвечает Ван Лин Хун).
Получается не «китайская шароварщина», а вполне конкурентоспособный этно-джаз.
Впрочем, если говорить о жанровой принадлежности продукции «Золотого Будды», то это скорее фри-джаз, причем с весьма ощутимым оптимистическим уклоном: эта музыка как пузырьки в дорогом шампанском. Причем уклон в «ресторанный» лаундж если кое-где и случается порой (Конг Хонгвэй не только как исполнитель, но и как продюсер замечен в заигрывании не только с блюзом и попом, но даже с совсем уж «некошерным» R&B), то он напрочь забывается после периодов великолепного неистовства, в которое регулярно впадали на концерте участники бэнда (если бы, например, саксофонист Дзин Хао выступал в нью-йоркском Карнеги-Холл, он давно стал бы всемирно знаменитым).
«Золотой Будда» как коллектив создан лишь в 2005 г. – и если руководство КНР будет чаще вывозить этот стратегический продукт на экспорт, уже через несколько лет данное наименование будет знать каждый, кто хотя бы слышал о существовании джаза.
И, знаете, в самом деле – ну их, эти кредиты. Пусть это прозвучит эгоистично, но успехи нашего МИДа на китайском направлении я отныне буду оценивать по дате следующего выступления в Киеве «Золотого Будды».
Еженедельник
